remch_ch (remch_ch) wrote,
remch_ch
remch_ch

Categories:

Экономика КНДР: Взгляд изнутри. часть - I

Захарова Людмила Владимировна, кандидат экономических наук. Старший научный сотрудник Центра корейских исследований.



В ситуации ужесточения международных экономических санкций Северной Корее приходится принимать меры по обеспечению условий для сохранения стабильности экономики «с опорой на собственные силы». В основу исследования положен анализ официальных северокорейских документов, а также эмпирический материал, собранный автором в ходе научной командировки в Пхеньян в 2017 г. В статье рассматриваются основные направления экономического развития КНДР после VII съезда Трудовой партии Кореи, прошедшего в мае 2016 г. В результате исследования автор приходит к выводу о том, что в условиях ограниченных возможностей использования внешних ресурсов руководство КНДР пытается делать ставку на научно-технический прогресс и мобилизацию частной инициативы граждан, ограниченную рамками социалистической системы собственности.

Более 10 лет экономика КНДР находится в условиях действия международных санкций, принятых Советом Безопасности ООН и обязательных для исполнения всеми членами Организации Объединенных Наций. В 2016-2017 гг. санкционный режим был ужесточен до беспрецедентных масштабов, в результате чего Северная Корея была фактически отрезана от мировой банковской системы, существенно ограничена в своих внешних торгово-экономических, транспортных и научных связях.

При этом, несмотря на стремление к самообеспеченности, в силу объективных причин КНДР продолжает существенно зависеть от экономических отношений с другими государствами, главное место среди которых занимает Китай. Учитывая настрой северокорейского руководства, оно не намерено отказываться от ядерного оружия, что может повлечь за собой дальнейшее ужесточение международных санкций и изоляцию страны от мировой экономики. После очередного запуска Пхеньяном баллистической ракеты, пролетевшей над территорией Японии 29 августа 2017 г., и испытания водородной бомбы, проведенного 3 сентября 2017 г., ситуация вокруг КНДР еще больше обострилась.

В сложившихся условиях особый интерес вызывает то, каким образом КНДР собирается достичь сохранения позитивного тренда в развитии экономики, наметившегося в последние годы. Для понимания этого автором статьи были проанализированы официальные документы, публикации и статьи в прессе КНДР, характеризующие стратегию экономического развития страны на 20162020 гг., и способы ее реализации. Кроме того, во время научной командировки в Пхеньян в маеиюне 2017 г. автором были проведены беседы по данной тематике с северокорейскими учеными: экономистами, юристами и историками. Это позволило получить некоторую статистику, информацию о тенденциях экономического развития и изменениях в системе управления экономикой непосредственно от уполномоченных на это граждан КНДР, а не из вторичных источников.

В процессе полевого исследования автор собрал эмпирический материал по современной экономической ситуации в Северной Корее, в т.ч. в ходе посещения недавно построенных или модернизированных промышленных, сельскохозяйственных и жилищных объектов.

КЛЮЧЕВЫЕ ИДЕОЛОГИЧЕСКИЕ УСТАНОВКИ

Идеология является одним из столпов северо- корейского общества. Несмотря на приход к влас- ти в КНДР молодого лидера Ким Чен Ына в кон- це 2011 г., в этой области наблюдается высокая степень преемственности. Идеи чучхе и сонгун продолжают составлять основу официальной пропаганды в самых разных областях жизни. Со- гласно северокорейской историографии, суть чуч- хе была сформулирована Ким Ир Сеном еще в 1930 г., когда Корея была колонией Японии, и за- ключается в том, что корейцы должны стать «хо- зяевами своей судьбы», взяв в свои руки процесс государственного строительства на родной земле. В настоящее время эта идея трансформировалась в императивный лозунг «самому выковать из себя сильного».



Идея «приоритета армии» (сонгун) считается выдвинутой в то же время, что и чучхе. Она предполагала вооруженную борьбу в ответ на применение японцами оружия против корейцев в колониальный период. В дальнейшем с образованием Южной Кореи (в КНДР это трактуется как сохраняющаяся по сей день американская оккупация Юга) условия потребовали продолжения линии сонгун*.

*Из беседы с Ким Чхан Гёном, профессором, д.философ.н., заведующим кабинетом Корейской ассоциации общественных наук (КНДР). Пхеньян, 31 мая 2017 г. (прим. авт.).

Особую актуальность подобная идеологическая установка приобрела в 1990-е гг. после распада соцлагеря и прекращения существования СССР, которые обострили для Пхеньяна ощущение внешней угрозы. После принятия поправок в Конституцию КНДР в сентябре 1998 г. «реально постоянно действующим высшим органом государственной власти окончательно стал Государственный комитет обороны КНДР» во главе с Ким Чен Иром [1, c. 71].

В настоящее время армейская терминология продолжает активно использоваться в официальной пропаганде, в т.ч. в экономической сфере. При этом сонгун трактуется как инструмент реализации чучхе, обеспечивающий внутренние и внешние условия для претворения в жизнь идеи опоры на собственные силы. Необходимость приоритета армии объясняется существующей угрозой суверенитету КНДР со стороны «империалистов». В армии и различных вооруженных формированиях состоит около 15% от почти 25-миллионного населения КНДР [1, c. 83].

В северокорейских реалиях сонгун имеет 2 ключевых аспекта: с одной стороны, это приоритетное распределение ресурсов в пользу военной сферы, а с другой необходимость опоры на армию в процессе государственного строительства, т.е. армия должна не только защищать родину, но и активно участвовать в «строительстве социализма». На практике последний тезис выражается, например, в том, что военнослужащие Корейской народной армии участвуют в сельскохозяйственных работах (особенно в период посадки риса и других важных для всей страны сельскохозяйственных работ), строительстве объектов гражданского назначения, а также занимаются восстановлением пострадавших от наводнений районов. Исходя из подобных идеологических установок, неудивительно, что повседневная жизнь северокорейского общества характеризуется высокой степенью милитаризации.

Задачи экономического строительства в эпоху сонгун предполагают необходимость опережающего развития оборонной (тяжелой) промышленности при одновременном развитии легкой промышленности и сельского хозяйства. При этом прикладываются усилия для того, чтобы в процессе развития военных отраслей можно было бы развивать и гражданские отрасли, например, за счет поднятия научно-технического уровня всей экономики.

На современном этапе Ким Чен Ын в 2013 г. объявил курс на параллельное ведение экономического строительства и развитие ядерных вооруженных сил (пёнджин носон), который трактуется как продолжение прошлой политики, но в новой ситуации. В связи с созданием ядерных сил сдерживания, гарантирующих безопасность страны, Северная Корея заявляет о стремлении к обеспечению условий для мирного развития хозяйства. На институциональном уровне это выразилось в создании в 2016 г. Государственного совета КНДР под председательством Ким Чен Ына в качестве высшего органа государственной власти «для осуществления комплексного руководства ускоренным развитием экономики и культуры в условиях укрепившейся обороны». Одновременно Государственный комитет обороны был упразднен.

ЭКОНОМИКА КНДР ГЛАЗАМИ СЕВЕРНЫХ КОРЕЙЦЕВ

Сами северные корейцы сущностью своей экономики называют «плановое хозяйство, основанное на социалистической собственности на средства производства и управляемое путем органического сочетания единого государственного руководства, относительной самостоятельности и творческой инициативы предприятий» [2, с. 1].



Таким образом, базовым элементом экономической системы КНДР на современном этапе продолжает являться «коллективная собственность трудящихся» на все средства производства, такие, как машины, оборудование, сырье, материалы, земля, производственные здания, транспорт и средства связи. В стране существует единая система планирования во главе с Госпланом.

К «основным методам управления экономикой» в КНДР относятся политический, экономико-технический и административно-организационный [2, с. 10]. Политический метод предполага-ет выявление «революционного энтузиазма и творческой активности» масс для выполнения экономических задач. Экономико-технический метод позволяет «научно обоснованно и рационально» вести хозяйственную деятельность, а административно-организационный приводить в действие хозяйственные учреждения, предприятия и их работников, используя административные средства. В то же время в современном хозяйственном механизме КНДР есть место не только методам командно-административного управления, но и материальному стимулированию, а также «максимальному обеспечению практической выгоды в хозяйственных делах».

Еще одним важным критерием развития народного хозяйства для КНДР является его самостоятельность, которая, однако, не предполагает автаркии и не исключает внешнюю торговлю [2, с. 7]. Ставится задача не допустить зависимости от других стран, производя основные виды продукции своими силами, а те необходимые товары, которые невозможно производить у себя, получать через внешнюю торговлю путем взаимного обмена.

В мае 2016 г. в Пхеньяне состоялся VII съезд правящей Трудовой партии Кореи. Учитывая тот факт, что VI съезд ТПК проходил еще в 1980 г., от столь редкого и важного в политической жизни страны события у внешних наблюдателей были большие ожидания.

Некоторые эксперты предполагали, что на съезде Ким Чен Ын объявит о начале радикальных экономических реформ. Однако этого не произошло. Напротив, лидер подтвердил ключевые установки, касающиеся экономики страны, подчеркнув приверженность курсу на построение «социалистического могучего и процветающего государства», объявленного еще при Ким Чен Ире [3, с. 45], а также озвучил основные направления реализации 5-летней «стратегии экономического развития страны» на 2016-2020 гг.

СТАТИСТИКА ИЗ ПЕРВОИСТОЧНИКА

В 1960-е гг. КНДР засекретила большую часть своей экономической статистики и не публикует ее, объясняя это тем, что страна находится в острой конфронтации с враждебными силами, а они могут злоупотреблять получаемой актуальной информацией об ее экономическом развитии. Данные об экономике Северной Кореи фиксируются местными статистическими учреждениями и раскрываются (в т.ч. иностранцам) в очень ограниченном масштабе с определенным временным лагом.



В «Справочнике для инвесторов в КНДР», опубликованном Корейским комитетом по иностранным инвестициям и экономическому сотрудничеству (КНДР) в 2016 г. [4, p. 18], представлены некоторые статистические данные за 2013 г. В частности, объем валового внутреннего продукта (ВВП) $24,998 млрд, ВВП на душу населения $1013. В структуре ВВП выделены промышленность (41,36%), сельское хозяйство (12,65%), строительство (13,51%) и другие отрасли (32,48%). Ничто не может подтвердить или опровергнуть эти цифры.

Во время встречи с северокорейскими учеными* в июне 2017 г. автору были предоставлены данные за 2014 г.

*Ким Сан Хак, заведующий Кабинетом по делам межкорейского экономического сотрудничества, и Ким Гван Нам, заведующий Кабинетом сельскохозяйственных наук Института экономики Академии общественных наук КНДР (прим. авт.).

Согласно местной статистике, объем ВВП составил $26,132 млрд (годовой прирост якобы 4,5%), ВВП на душу населения $1053, внешнеторговый оборот $4,548 млрд (из них экспорт $2,013 млрд). Численность населения страны в 2014 г. составила 24 млн 895 тыс. человек.

О сложности получения статистических данных по КНДР из первоисточника известно всем специалистам, занимающимся исследованием Северной Кореи. Большая часть показателей, имеющихся в открытом доступе, высчитывается международными организациями или учреждениями других стран (например, Республики Корея) по собственной методике и, по сути, являются оценками*.

*Более подробный разбор существующей в открытом доступе статистики по экономике КНДР представлен в статье - Захарова Л.В. Экономическая статистика КНДР: проблема поиска данных и их использования // Россия и Корея в меняющемся мире. М., ИДВ РАН, 2014. С. 153- 162 (прим. авт.).

В такой ситуации особенно интересно сравнить полученные от северокорейских ученых данные с имеющимися показателями из т.н. вторичных источников. Здесь важно отметить, что данные местных экономистов по общему объему ВВП оказываются существенно ближе к южнокорейским оценкам номинального объема валового национального дохода (ВНД) КНДР ($28,93 млрд в 2014 г.), рассчитываемого Банком Кореи [5], чем к статистике по ВВП КНДР в текущих ценах ($17,4 млрд в 2014 г.), публикуемой Статистическим подразделением ООН [6]. Видимо, существует разница в расчетах долларового ВВП КНДР, производимых внутри Северной Кореи и экспертами ООН.

Исходя из полученных данных и их сравнения с официальной статистикой Республики Корея (ВВП в текущих ценах в 2014 г. $1,411 млрд), можно говорить о превышении объемов южнокорейской экономики над северокорейской более чем в 50 раз при разнице в численности населения лишь в 2 раза (население РК в 2014 г. 50,75 млн человек). Такой огромный дисбаланс в соотношении экономической мощи Севера и Юга порождает целый комплекс проблем на пути межкорейского примирения и сотрудничества, к которому декларативно стремятся корейцы по обе стороны 38-й параллели.

МЕРЫ ПО УЛУЧШЕНИЮ УПРАВЛЕНИЯ ЭКОНОМИКОЙ

В ходе беседы северокорейские ученые-экономисты выделили два ключевых направления, по которым идет процесс «улучшения управления народным хозяйством» в целях его развития. Первое заключается в «усилении единого руководства и стратегического управления экономикой», включающего в себя ежегодные планы и 5-летнюю «стратегию экономического развития» на 2016-2020 гг. При этом последняя является не директивным хозяйственным планом, а, скорее, концептуальным документом, основанным на индикативных показателях и характеризующим направления развития госсектора страны [7, c. 12].



Центральная роль в руководстве экономикой и в разработке конкретных планов реализации стратегии государства отводится Кабинету министров КНДР, что еще раз подчеркивает снижение влияния военных в этой сфере по сравнению с периодом 1990-х 2000-х гг.

Под вторым направлением «улучшения управления народным хозяйством» понимается «поощрение творческой инициативы хозяйственных единиц» предприятий и сельскохозяйственных кооперативов. В рамках этого процесса в деревне с 2012 г. началось на тестовой основе, а в 2013 г. было распространено на всю страну внедрение «социалистической системы ответственности за управление сельхозкооперативами» (нончжан чхегим квалличже).

В рамках существующей звеньевой системы (сельхозкооператив состоит из бригад, в бригаде 3-4 звена, в звене 10-15 человек) была создана «система ответственности за участок полей» (пхочжон тамдан чхегимчже), по сути, индивидуальный подряд. В соответствии с ней, каждому члену звена был выделен конкретный участок земли, за обработку которого он несет ответственность. И если на этом участке вырастает богатый урожай, то все, что оказывается сверх плана, обрабатывавший этот «участок полей» член сельхозкооператива может забрать себе.

Таким образом, занятые в сельском хозяйстве работники получили материальный стимул для повышения своей личной производительности труда. Об успешности введенных мер свидетельствует аграрная статистика. Объем собранного урожая риса в 2012 г. составлял около 5 млн т, а в 2015 г., по северокорейским данным, достиг 5,891 млн т, постепенно приближая КНДР к заветной цели в 6 млн т. По оценкам экспертов, именно столько зерновых необходимо стране для достижения минимального уровня самообеспеченности.

В западные СМИ с 2013 г. активно просачивалась информация о том, что в КНДР сельское хозяйство было переведено на семейный подряд, а крестьяне получили право оставлять себе 30%, а потом и 60% собранного урожая. Многие эксперты увидели в этом попытки Северной Кореи пойти по китайскому пути реформирования аграрного сектора. Однако при встрече с экономистами КНДР в июне 2017 г. автору статьи не удалось получить подтверждения этой информации. Более того, ученые всячески подчеркивали, что их «система ответственности за участок полей» ни в коем случае не является «китайской системой аренды» и что она находится в полном соответствии с «социалистической системой хозяйствования».

В промышленности с 2014 г. была введена «социалистическая система ответственности за управление предприятиями» (киоп чхегим квалличже), суть которой в «усилении общенародной собственности в производстве одновременно с обеспечением активности и творческих инициатив предприятий, повышении чувства ответственности производителей». Предприятия получили права на планирование, организацию производства, управление структурой предприятия и рабочей силой, продажу товаров и установку цен, внешнюю торговлю и совместное производство с иностранцами.

Сегодня заводы в КНДР составляют свои производственные планы на основе полученных от государства плановых заданий. В результате на выходе получается, что часть продукции сдается государству, а остальное реализуется предприятиями самостоятельно. При этом каждый из сотрудников, который перевыполняет план, получает от работодателя премию. Описанная система во многом напоминает хозяйственный расчет, который Ким Ир Сен называл «переходной экономической категорией социалистического общества», «методом планового управления социалистическими государственными предприятиями», используемым для повышения материальной заинтересованности рабочих и стимулирования их производственной активности [8, с. 52-54].

Помимо материальных стимулов, руководство КНДР пытается традиционно делать ставку на трудовой энтузиазм масс и крупные мобилизационные кампании. В частности, «движение Чхоллима» (местный аналог социалистического соревнования), провозглашенное Ким Ир Сеном в 1956 г., при Ким Чен Ыне трансформировалось в «движение Маллима».

Преддверие VII съезда ТПК ознаменовалось проведением по всей стране «70-дневной трудовой вахты», а по его завершении была объявлена «200-дневная трудовая вахта», в ходе которых граждане КНДР без выходных работали для перевыполнения плана и ускоренной реализации государственных задач в различных сферах.

О некоторых результатах этого рывка свидетельствуют внешние оценки. В частности, довольно консервативный в своих докладах о темпах роста северокорейской экономики Банк Кореи (РК) оценил прирост ВВП КНДР за 2016 г. в 3,9% (наибольший годовой прирост с 1999 г.) при ускорившемся росте в таких сферах, как сельское хозяйство, рыболовство, добывающая и обрабатыва-ющая промышленность, выработка электроэнергии [9].

ОПОРА НА ВНУТРЕННИЕ СИЛЫ И КУРС НА ИМПОРТОЗАМЕЩЕНИЕ

В условиях ужесточения внешних условий для развития экономики КНДР вполне логичным выходом для руководства страны представляется курс на максимальное использование внутренних факторов производства для достижения самообеспеченности в как можно большем количестве сфер. Для усиления «чучхейского характера» народного хозяйства ставится задача обеспечить отечественное производство сырьем, топливом и оборудованием. Попытки импортозамещения при этом сталкиваются с такими серьезными препятствиями, как хроническая нехватка электроэнергии и топлива (в стране нет промышленных запасов нефти и газа), устаревшее и изношенное оборудование на большинстве предприятий, недостаток ресурсов и внешние ограничения для закупки нового оборудования и модернизации существующих мощностей, а также неудовлетворительное состояние транспортной инфраструктуры на значительной части территории страны.



В 5-летней «стратегии экономического развития КНДР» на 2016-2020 гг. выделено 4 приоритета. В частности, в области металлургии предусмотрено совершенствование системы производства стали без использования кокса (т.н. технология получения «чучхе-железа»). Это приобретает особую актуальность в условиях отсутствия отечественных запасов кокса и внешней зависимости Северной Кореи от закупок коксующегося угля изза границы.

В энергетике ставка делается на внутренние и возобновляемые источники энергии, а также энергосбережение и модернизацию существующих генераторных мощностей. Для этого строятся гидроэлектростанции различных размеров от малых до крупных, ведется работа над атомной электростанцией средней мощности, активно используется солнечная, ветровая и геотермальная энергия. Солнечные батареи продаются в хозяйственных магазинах и устанавливаются на уличных фонарях, балконах квартир, крышах домов и учреждений. При строительстве новых жилых домов предусматривается наличие геотермальных источников энергии. В сельской местности расширяется использование солнечных водонагревателей и кухонных плит, работающих на биогазе. Для снижения потерь электричества при транспортировке планируется замена устаревших линий электропередачи. По имеющимся оценкам, использование старых ЛЭП в КНДР приводит к потере до 30% электроэнергии при транспортировке.

Важной задачей для угольной отрасли страны является увеличение производства продукции, которая, в т.ч., будет направлена на создание «одноуглеродной химической промышленности на основе газификации угля», упомянутое в Отчетном докладе ЦК партии на VII съезде ТПК [10, c. 53-54].

По мере развития экономики и сокращения возможностей для получения нефти и топлива изза рубежа идет процесс перехода на использование внутренних ресурсов, ключевым из которых является каменный уголь (в основном, антрацит). Например, Хыннамский завод по производству химических удобрений в г. Хамхын раньше работал на основе нефти, а сейчас на нем используется система газификации антрацита. Следующий этап создание синтетического горючего, т.е. топлива на основе угля. По утверждениям северных корейцев, в 2017 г. началось строительство завода, использующего соответствующую поставленной задаче технологию.

В сфере железнодорожного транспорта, на который приходится большая часть всех перевозок страны, требуются модернизация и повышение устойчивости железнодорожного полотна. Большое значение придается разработке и производству современных средств железнодорожного транспорта, таких как электровоз переменного тока, остро стоит вопрос о пополнении собственного парка вагонов. Одним из достижений промышленности Северной Кореи объявлен состоявшийся в ноябре 2015 г. пробный пуск поезда метро, произведённого на Электровозостроительном объединении им. Ким Чон Тхэ [11, c. 28-29], серийное производство которого, однако, пока не началось.

Важные задачи стоят перед страной и в других областях. В сфере сельского хозяйства необходимо «получение высокоурожайных сортов, соответствующих местным условиям», а также «активное внедрение современных технологий» для повышения производительности агросектора. К 2020 г. планируется достичь 70%-ного уровня механизации сельского хозяйства, которое пока что в большинстве своем полагается на ручной труд и тягловый скот. Главным ограничителем здесь выступает не только недостаток техники, но и дефицит топлива для ее эксплуатации.

В животноводстве ставится задача массового разведения домашних животных как в рамках кооперативов, так и на индивидуальной основе в крестьянских дворах. Птиц и домашних животных в крестьянских дворах автор заметила при посещении Чанчхонского совхоза в пригороде Пхеньяна 1 июня 2017 г.

В легкой промышленности стоит задача по расширению ассортимента товаров повседневного спроса, а также производству товаров, конкурентоспособных на мировом рынке. Необходимо отметить, что по первому пункту были уже достигнуты некоторые успехи. Например, продукции местного производства удалось вытеснить ранее завозившиеся из Китая сладости и пиво. А некоторые сорта пива, которые производятся на Тэдонганском пивоваренном заводе, пользуются большой популярностью у иностранцев и вполне могли бы поставляться за рубеж.

В последние годы было открыто несколько новых предприятий легкой промышленности, и модернизированы существующие заводы для более широкого удовлетворения нужд населения. Например, в 2016 г. начал работу Пхеньянский завод по производству сумок. Производственный план предприятия, созданного для замещения ранее импортировавшихся из Китая изделий, предусматривает пошив 300 тыс. сумок в год, 240 тыс. из которых школьные портфели. На заводе используется местное и иностранное оборудование, в то время как ткань поставляется с местной текстильной фабрики, работающей на отечественном сырье*.

*Из беседы с сотрудниками завода и личных наблюдений автора. Пхеньян, 30 мая 2017 г. (прим. авт.).

В том же году началось производство на Рёнъаксанском мыловаренном заводе, в ассортименте которого шампуни, ополаскиватели, посудомоечные средства, другие виды продукции хозяйственного назначения [12, c. 24-25]. В 2016 г. были модернизированы производственные процессы на Мангендэском заводе по производству сувениров, после чего, помимо сувениров, там стали производить и некоторые товары народного потребления, среди которых молнии, пластиковая посуда и др. [12, c. 26-27].

Учитывая происходящий в столице и некоторых других крупных городах строительный бум, актуальной задачей современного этапа развития КНДР является наращивание объемов производства стройматериалов.

Еще одним приоритетом в процессе реализации «5-летней стратегии развития» является расширение внешнеэкономических связей на основе их диверсификации. Ставится задача по увеличению доли продукции обрабатывающей промышленности, высокотехнологичных товаров и услуг в экспорте страны. По имеющимся зарубежным оценкам, в 2016 г. на Китай пришлось более 90% всей внешней торговли КНДР. В Пхеньяне хорошо понимают уязвимость своего положения в такой ситуации и стремятся к расширению круга партнеров. Особые надежды возлагаются на Россию, от которой ожидают возможного увеличения товарооборота и сотрудничества в других областях, прежде всего в сфере электроэнергетики. Но санкции подрывают эти надежды.

Очень перспективным является для КНДР и возобновление межкорейского экономического сотрудничества. Северные корейцы пытаются осуществлять ремонт и поддержание надлежащего технического состояния оборудования южнокорейских компаний, которое осталось в Кэсонском промышленном комплексе. Он был закрыт якобы по инициативе правительства Республики Корея в начале 2016 г. КНДР якобы готова возобновить работу комплекса в любое время при наличии желания с южнокорейской стороны*.

*Из беседы с северокорейскими учеными-экономистами. Пхеньян, 1 июня 2017 г. (прим. авт.).

Несмотря на столь позитивный настрой Пхеньяна на расширение внешнеэкономических связей, на наш взгляд, возможности для этого в настоящее время очень сильно ограничены в связи с действующими против КНДР санкциями Совета Безопасности ООН, запрещающими как экспорт ряда ключевых конкурентоспособных на мировом рынке товаров Северной Кореи, так и сотрудничество иностранных банков с ее финансовыми организациями.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 55 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →