remch_ch (remch_ch) wrote,
remch_ch
remch_ch

Могут ли две Кореи возобновить диалог?





Филипп Пон (Philippe Pons)

Президент Южной Кореи Мун Джэин хочет вернуться к политике «солнечного луча», которая предусматривает сотрудничество с северным соседом. Как бы то ни было, новый подход будет во многом зависеть от отношений с Дональдом Трампом.

Новые пуски баллистических ракет КНДР после избрания 9 мая президентом Южной Кореи Мун Джэина, который выступает за диалог двух стран, а также громкие заявления Дональда Трампа говорят о том, что Пхеньян пока что не собирается ни на йоту отступать от стратегии создания способного достать до США носителя. Такое решительный настрой отнюдь не облегчает переориентацию южнокорейской политики по отношению к северным соседям, однако делает ее как никогда необходимой.

После девяти лет конфронтационной политики президентов Ли Мен Бака и Пак Кын Хе возобновить диалог двух Корей будет сложно, учитывая, что позиция Вашингтона в этом вопросе не отличается ясностью. С одной стороны, госсекретарь Рекс Тиллерсон утверждает, что «на столе все карты» (в том числе применение силы). С другой стороны, он дает понять, что ядерное разоружение КНДР уже не условие, а «цель». До недавнего времени США называли отказ Пхеньяна от ядерного арсенала предварительным условием любых переговоров.

Президент Мун Джэин был советником своего предшественика-левоцентриста Но Му Хена (2003-2007) и занимался организацией его встречи с северокорейским лидером тех времен Ким Чен Иром. Он является сторонником политики «солнечного луча», которая была запущена в 1998 году президентом Ким Дэ Чжуном (название — это отсылка к басне Эзопа «Борей и солнце», из которой следует, что убеждение сильнее насилия).

Политика «солнечного луча»

Ким Дэ Чжун не был пацифистом-идеалистом. Он не собирался расслабляться, а стремился создать атмосферу доверия в отношениях двух стран, которые на ножах друг с другом после войны 1950-1953 годов. Тем самым он хотел открыть путь для примирения. Корейцы должны вновь стать хозяевами собственной судьбы и перестать быть игрушками в руках великих держав. Этот курс принес плоды: развитие торговли, открытие туристического комплекса на востоке КНДР и промышленной зоны на западе, прокладка железнодорожного пути через разделяющую две страны демилитаризованную зону. Тем не менее этот курс был быстро подорван приходом к власти Буша-младшего, который пытался свергнуть северокорейский режим.

Активная помощь, продовольственная поддержка, инвестиции, людские связи — политика «солнечного луча» стала глотком свежего воздуха для Пхеньяна. Неоконсерваторы в Вашингтоне и правые в Сеуле резко осудили этот подход, который не смог предотвратить первые ядерные испытания КНДР в 2006 году. Только вот эти испытания следует рассматривать в контексте противостояния с США, которое только обострялось американским конфронтационным курсом, тогда как политика «солнечного луча» была нацелена на долгосрочную разрядку. Несмотря на критику, президент Но Му Хен отправился в 2007 году в Пхеньян на вторую встречу с Ким Чен Иром. Там ими была утверждена широкая программа сотрудничества, которую перечеркнул его преемник-консерватор Ли Мен Бак. Политика «солнечного луча», быть может, и не дала ожидаемых результатов, однако изоляция и санкции привели к еще более серьезным отрицательным последствиям.

Пхеньян в более выгодной позиции


Сегодня восстановление межкорейского диалога протекает в другой обстановке, чем десять лет тому назад. КНДР пять лет проводила ядерные испытания, располагает парой десятков атомных бомб и почти закончила создание межконтинентальных ракет. Несмотря на тяжелейшие в мире санкции, она начинает приходить себя после катастрофы в результате голода в конце 1990-х годов. Пхеньян считает, что находится в лучшем положении, и не собирается сдавать позиции.

Мун Джэин намеревается возобновить политику «солнечного луча» с того места, где ее бросили в 2007 году, то есть с оговоренных тогда соглашений о сотрудничестве. По его мнению, оно может принести югу дополнительный пункт экономического роста и подтолкнуть перемены на севере (речь идет о формировании гибридной экономики со смесью планирования и частной инициативы). Внутренние изменения в КНДР в результате сотрудничества с Южной Кореей и были целью политики «солнечного луча».

Как бы то ни было, новый президент будет ограничен в политике международными санкциями против КНДР (Сеул подписался под ними) и принятым в 2016 году решением парламента, по которому любая гуманитарная помощь Северной Корее должна в приоритетном порядке предоставляться самым малообеспеченным слоям населения. Кроме того, большую роль будут играть и отношения с Трампом.

Мун Джэин был одним из ближайших соратников Но Му Хена и знает, как трудно может быть вести политику в отношении севера, если она отличается от курса США. Будем надеяться, что его первая встреча с Трампом пройдет в более любезной атмосфере, чем беседа Ким Дэ Чжуна и Буша в марте 2001 года. Тогда президент США презрительно отозвался о политике сближения двух Корей. У Ким Дэ Чжуна, «корейского Манделы», остался после этого разговора горький осадок. «Демонстрация наивности и невежества», — сказал позднее заместитель госсекретаря Ричард Армитидж (Richard Armitage). Но может ли Трамп, несмотря на плохое понимание вопроса, проявить больше открытости к перспективе «сделки» с КНДР, старейшим врагом США, чтобы выбраться из нынешнего опасного тупика?

http://inosmi.ru/politic/20170525/239440967.html

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments